Мурманский форум

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мурманский форум » Обо всём » ·Алкоголь


·Алкоголь

Сообщений 1401 страница 1422 из 1422

1401

#p80204,Капер написал(а):

Привет Алеху!

Я сегодня зубровкой от батьки привился.  :hobo:

1402

#p80207,Alex написал(а):

Я сегодня зубровкой от батьки привился.

Привейся лучще спутниковой

1403

#p80209,Капер написал(а):

Привейся лучще спутниковой

  ттт  :glasses:

1404

#p80213,Alex написал(а):

ттт

Что такое ттт? Знаю только ТТ.

1405

#p80215,Капер написал(а):

Что такое ттт? Знаю только ТТ.

тьфу-тьфу-тьфу  :crazyfun:

1406

Москва. 27 октября. INTERFAX.RU - Магазины, торгующие преимущественно алкоголем, в период нерабочих дней будут закрыты, так как эта продукция не является товаром первой необходимости, сообщил "Интерфаксу" информированный источник.

"Такие магазины не будут работать, согласно указу мэра Москвы", - сказал собеседник агентства.

Как следует из указа Сергея Собянина, опубликованного на сайте мэрии, в период нерабочих дней посетители и работники не будут допускаться на территории объектов розничной торговли, за исключением аптек, аптечных пунктов и торговых объектов, продающих в розницу продукты питания или непродовольственные товары первой необходимости, при условии, что доля таких товаров в ассортименте составляет не менее 30%.

В перечень товаров первой необходимости, который был утвержден постановлением правительства РФ 20 апреля 2020 года, входят средства индивидуальной защиты и дезинфекции, антисептические средства, спички, свечи, влажные и сухие салфетки, мыло, зубная паста и зубные щетки, стиральный порошок, товары для детей, бензин, дизельное и газовое топливо, а также зоотовары. Алкоголь в перечень товаров первой необходимости не включен.

1407

В ночнике новинка. Будем пробовать.
https://forumupload.ru/uploads/0019/c0/18/29/t585791.jpg

1408

Прекрати бухать воТку бочками.  :crazyfun:

1409

#p80262,Alex написал(а):

Прекрати бухать воТку бочками.

Прекратил) Завтра на работу.

1410

#p80262,Alex написал(а):

Прекрати бухать воТку бочками.

Дык, скобари меньшими объемами не пьють. Приходится соответствовать)

1411

Бухай, не бухай,  а Хвилипс видно в недельном(Путлер разрешил) запое?

1412

#p80271,Капер написал(а):

Бухай, не бухай,  а Хвилипс видно в недельном(Путлер разрешил) запое?

меня форум не пускает.

1413

не хочу в эти игры с паролями играть.

1414

#p80273,лень пароль искать написал(а):

не хочу в эти игры с паролями играть.

Я, ваще, через ВК вхожу)

1415

#p80273,лень пароль искать написал(а):

не хочу в эти игры с паролями играть.

Попросите гугОл запомнить. Он не забудет.  :glasses:

1416

#p80274,Капер написал(а):

Я, ваще, через ВК вхожу)

Не самый хороший вариант.  :(

1417

#p80277,Alex написал(а):

Не самый хороший вариант.

Зато действующий. Ваще не знаю пароля на форуме.

1418

Пурпур.

      Посвящается Анхелике Окампо

      Если не ошибаюсь, первоисточники сведений об Аль Моканне, Пророке Под Покрывалом (или, точнее, В Маске) из Хорасана, сводятся к четырем:
      а) краткое изложение "Истории Халифов", сохраненной в таком виде, Балазури;
      б) "Учебник Гиганта, или Книга Точности и обозрения" официального историографа Аббасидов, Ибн Аби Тахира Тайфура;
      в) арабская рукопись, озаглавленная "Уничтожение Розы", где опровергаются чудовищные еретические положения "Темной Розы", или "Сокровенной Розы", которая была канонической книгой Пророка;
      г) несколько монет без всяких изображений, найденных инженером Андрусовым при прокладке Транскаспийской железной дороги. Монеты были переданы в нумизматический кабинет в Тегеране, на них начертаны персидские двустишия, резюмирующие или исправляющие некоторые пассажи из "Уничтожения". Оригинал "Розы" утерян, поскольку рукопись, обнаруженная в 1899 году и довольно легкомысленно опубликованная в "Morgen lndisches Archiv", была объявлена апокрифической сперва Хорном, затем сэром Перси Сайксом.
      Слава Пророка на Западе создана многословной поэмой Мура, полной томлений и вздохов ирландского заговорщика.
Хаким из Мерва, красильщик в маске

      Хаким, которому люди того времени и того пространства дадут в последствии прозвище Пророк Под Покрывалом, появился на свет в Туркестане в 120 году Хиджры и 736 году Креста. Родиной его был древний город Мерв, чьи сады и виноградники и луга уныло глядят на пустыню. Полдни там белесые и слепящие, если только их не омрачают тучи пыли, от которых люди задыхаются, а на черные гроздья винограда ложится беловатый налет.
      Хаким рос в этом угасавшем городе. Нам известно, что брат
      его отца обучил его ремеслу красильщика, искусству нечестивцев, и оно вдохновило первые проклятия его еретического пути. "Лицо мое из золота (заявляет он на одной знаменитой странице "Уничтожения"), но я размачивал пурпур и на вторую ночь окунал в него нечесаную шерсть и на третью ночь пропитывал им шерсть расчесанную, и повелители островов до сих пор спорят из-за этих кровавых одежд. Так я грешил в годы юности и извращал подлинные цвета тварей. Ангел говорил мне, что бараны отличаются цветом от тигров, но Сатана говорил мне, что Владыке угодно, чтобы бараны стали подобны тиграм, и он пользовался моей хитростью и моим пурпуром. Ныне я знаю, что и Ангел и Сатана заблуждались и что всякий цвет отвратителен".
      В 146 году Хиджры Хаким исчез из родного города, В его доме нашли разбитые котлы и красильные чаны, а также ширазский ятаган и бронзовое зеркало.
Бык.

      В конце месяца шаабана 158 года воздух пустыни был чист и прозрачен, и люди глядели на запад, высматривая луну рамадана, оповещающую о начале умерщвления плоти и поста. То были рабы, нищие, барышники, похитители верблюдов и мясники. Чинно сидя на земле у ворот караван-сарая на дороге в Мерв, они ждали знака небес. Они глядели на запад, и цвет неба в той стороне был подобен цвету песка.
      И они увидели, как из умопомрачительных недр пустыни (чье солнце вызывает лихорадку, а луна - судороги) появились три фигуры, показавшиеся им необычно высокого роста. Все три были фигурами человеческими, но у шедшей посредине была голова быка.
      Когда фигуры приблизились, те, кто остановился в караван-сарае, разглядели, что на лице у среднего маска, а двое других - слепые.
      Некто (как в сказках 1001-й ночи) спросил о причине этого странного явления. "Они слепые, - отвечал человек в маске, - потому что увидели мое лицо".
Леопард.

      Хронист Аббасидов сообщает, что человек, появившийся в пустыне (голос которого был необычно нежен или показался таким по контрасту с грубой маской скота), сказал - они здесь ждут, мол, знака для начала одного месяца покаяния, но он принес им лучшую весть: вся их жизнь будет покаянием, и умрут они позорной смертью. Он сказал, что он Хаким, сын Османа, и что в
      146 году Переселения в его дом вошел человек, который, совершив омовение и помолясь, отсек ему голову ятаганом и унес ее на небо. Покоясь на правой ладони того человека (а им был архангел Гавриил), голова его была явлена Господу, который дал ей наказ пророчествовать, и вложил в нее слова столь древние, что они сжигали повторявшие их уста, и наделил ее райским сиянием, непереносимым для смертных глаз. Таково было объяснение Маски.
      Когда все люди на земле признают новое учение, Лик будет им открыт, и они смогут поклоняться ему, не опасаясь ослепнуть, как ему уже поклонялись ангелы. Возвестив о своем посланничестве, Хаким призвал их к священной войне - "джихаду" - и к мученической гибели.
      Рабы, попрошайки, барышники, похитители верблюдов и мясники отказались ему верить; кто-то крикнул: "Колдун!", другой - "Обманщик!"
      Один из постояльцев вез с собою леопарда - возможно, из той поджарой, кровожадной породы, которую выращивают персидские охотники. Достоверно известно, что леопард вырвался из клетки.
      Кроме пророка в маске и двух его спутников, все прочие кинулись бежать. Когда вернулись, оказалось, что зверь ослеп. Видя блестящие, мертвые глаза хищника, люди упали к ногам Хакима и признали его сверхъестественную силу.
Пророк Под Покрывалом.

      Официальный историограф Аббасидов без большого энтузиазма повествует об успехах Хакима Под Покрывалом в Хорасане. Эта провинция - находившаяся в сильном волнении из-за неудач и гибели на кресте ее самого прославленного вождя - с пылкостью отчаяния признала учение Сияющего Лика и не пожалела для него своей крови и своего золота. (Уже тогда Хаким сменил бычью маску на четырехслойное покрывало белого шелка, расшитое драгоценными камнями. Эмблематичным цветом владык из дома Бану Аббаса был черный. Хаким избрал себе белый - как раз противоположный - для Защитного Покрывала, знамен и тюрбанов.)
      Кампания началась успешно. Правда, в "Книге Точности" знамена Халифа всегда и везде побеждают, но, так как наиболее частым следствием этих побед бывали смещения генералов и уход из неприступных крепостей, разумный читатель знает, как это надо понимать. В конце месяца раджаба 161 года славный город Нишапур открыл свои железные ворота Пророку В Маске; в начале 162 года так же поступил город Астрабад. Участие Хакима в сражениях (как и другого, более удачливого Пророка) сводилось к пению тенором молитв, возносимых к Божеству с хребта рыжего верблюда в самой гуще схватки. Вокруг него свистели стрелы, но ни одна не поранила. Казалось, он ищет опасности - как-то ночью, когда возле его дворца бродило несколько отвратительных прокаженных, он приказал ввести их, расцеловал и одарил серебром и золотом.
      Труды правления он препоручал шести-семи своим приверженцам. Сам же питал склонность к размышлениям и покою; гарем из 114 слепых женщин предназначался для удовлетворения нужд его божественного тела.

1419

Че?

1420

Сиббиттер Самогон ничё так на вкус под сёмгу местную.  :hobo:

1421

Круги руин.

      And if he left off dreaming about уоu...
      Through the Looking-Glass, VI[1]
      Никто не знал, как он причалил к берегу беззвездной ночью,
      никто не видел челн бамбуковый, тонущий в топях тех священных
      мест, но через трое суток все узнали, что мрачный человек
      явился с Юга и родиной его была одна из многих деревушек,
      которые разбросаны по склонам гор вверх по течению, там, где
      язык зенд не испорчен греческим и где не буйствует проказа. Еще
      известно, что седой пришелец губами прикоснулся к грязи и
      выбрался на берег, не раздвигая камни возможно, их не
      чувствуя), хотя они впивались в тело, и дотащился - весь в
      крови, качаясь, до круглого пространства, увенчанного каменной
      фигурой - тигром или лошадью когда-то огненного цвета, а ныне
      цвета пепла. Этот круг был раньше храмом, но его выжгли давние
      пожары, его сгубила гнилостная сельва, а бог его не почитается
      людьми. И чужеземец лег у пьедестала. Его подняло утреннее
      солнце. Не удивляясь, он заметил, что раны без следа
      зарубцевались, сомкнул бесцветные глаза и снова погрузился в
      сон, но не от слабости, а усыпив себя усилием воли. Он знал,
      что этот храм был местом, куда его вело необоримое желание; он
      знал, что алчные деревья еще не удушили - там, ниже, по
      течению реки - развалины другого храма, который тоже влек его,
      с сожженными и мертвыми богами; он знал свою первейшую
      обязанность - предаться сну. Но в полночь он проснулся от
      криков какой-то безутешной птицы. Следы разутых ног,
      разбросанные финики, кувшин с водой ему поведали, что жители
      окрестных мест смотрели на него, не нарушая его сна и, может
      быть, просили о защите или боялись его чар. Он сам похолодел от
      страха и отыскал в развалинах стены большую нишу-усыпальницу и
      в ней укрылся, завесив вход листвой неведомых деревьев.
      Желание, приведшее его сюда, при всей своей необычайности
      невыполнимым не было. Он вознамерился во сне увидеть человека,
      увидеть целиком, во всех подробностях, чтобы ввести его затем в
      реальный мир. Волшебный замысел заполнил его ум и душу. Когда
      бы кто-нибудь спросил, как он зовется, чем занимался раньше, он
      не нашелся бы с ответом. Ему понравился необитаемый разбитый
      храм, ибо казался самой малой частью видимого мира; помехой не
      были и лесорубы - они удовлетворяли его скромнейшие
      потребности. Их приношений риса и плодов хватало, чтобы
      насытить его тело, отданное единственной заботе - спать,
      видеть сны.
      Вначале в сновидениях царил хаос, Чуть позже в них
      обрелись и смысл, и логика. Пришелец видел, что стоит он в
      центре круглого амфитеатра, ему казавшегося храмом, еще не
      преданным огню. Лавины сумрачных учащихся заполоняли скамьи;
      лица дальних смотрели на него из глубины веков и с высоты
      небесных звезд, но были четко различимы. Человек читал им
      лекции по анатомии, по космографии и магии. Все с напряжением
      слушали, стараясь отвечать разумно, словно понимали серьезность
      испытания, которое позволит одному из них покончить со своей
      никчемной призрачностью и войти в реальный мир. Человек в снах
      и наяву оценивал ответы своих видений и не давал себя сбить с
      толку ложью, угадывал в смущении иных развитие ума. Искал он
      душу, стоящую ввода в мир.
      Прошло не более десяти ночей, как с огорчением он понял,
      что нечего рассчитывать на тех учащихся, которые приемлют
      рабски все его теории, но можно уповать на тех, которые порой
      решаются на обоснованное возражение. Первые, конечно же
      достойные любви и благодарности, не смогут никогда возвыситься
      до личности; последние же подают какую-то надежду.
      Однажды вечером (теперь и вечера ему дарили сновидения, и
      бдел он лишь два-три часа перед восходом солнца) он распустил
      своих несметных призрачных учеников, оставив только одного. То
      был унылый, мрачный, а порой строптивый юноша, который тонким и
      худым лицом напоминал того, кто его создал в снах. Недолго он
      скорбел о своих вдруг исчезнувших товарищах. Его успехи после
      нескольких занятий с ним могли бы поразить учителей. А
      катастрофа тем не менее приближалась.
      0днажды после сна, тяжелого и липкого, как топь, он
      посмотрел на сумерки, гонимые рассветом, и понял, что ему не
      удалось заснуть. Всю эту ночь и следующий день он мучился от
      нестерпимой ясности бессонницы. Скитался в дикой сельве и
      изнурял себя усталостью, но, лишь глотнув отвара из цикуты,
      смог впасть в дремоту, полную обрывков скучных и ненужных
      сновидений. 0н пожелал было опять созвать своих учеников, но не
      сказал и нескольких слов наставления как слушатели вдруг
      расплылись и растаяли. Неодолимая бессонница слезами ярости
      жгла старые глаза.
      Он понял: сотворять что-либо из призрачной, зыбкой
      материи, из которой сотканы сны, - мучительнейший труд, даже
      если постигнуть тайны высшего и низшего порядка; труд более
      тяжкий, чем вить веревку из песка или чеканить лик на ветре. Он
      понял, что его первый замысел был обречен. Поклялся выбросить
      из памяти гигантскую галлюцинацию, вначале сбившую его с пути,
      и обратился к новому, иному методу творения. Перед тем как
      приступить к работе, он более месяца копил энергию, потраченную
      на иллюзии. Он перестал звать сон и потому тотчас уснул и спал
      положенное время. Те сны, которые порою видел, старался не
      запоминать. Ждал полную луну, чтобы опять приняться за благое
      дело.
      Как-то вечером, совершив омовение в реке, он украсил
      небесных богов, произнес и ритуальные слоги всесильного имени и
      задремал. Почти сразу ему привиделось сердце, которое билось.
      Он увидел сердце трепещущим, теплым, таинственным,
      величиною с кулак, гранатного цвета в сумраке тела, безликого и
      бесполого. С усердием и любовью он грезил им четырнадцать
      светлых ночей. И с каждой ночью сердце виделось четче, яснее.
      Он не трогал его, а пока лишь смотрел, наблюдал, корректировал
      взглядом. Он ощупал это сердце, жил его жизнью - то очень
      близко, то издали. К пятнадцатой ночи наметил пальцем артерию в
      легких, очертил в целом все сердце - внутри и снаружи. И
      остался доволен. Намеренно не заснул следующей ночью. Потом
      снова вернулся к сердцу, твердя имя одной из планет, и принялся
      воображать во сне все остальные главные органы. К концу первого
      года он дошел до скелета, до самых век. Наверное, самым
      хлопотным делом было создание массы волос. Он сотворил во сне
      целого человека, юношу, но тот не вставал, не говорил, не мог
      открыть глаз. Ночь за ночью видел он во сне юношу спящим.
      Гностическая космогония говорит, что Демиург вылепил
      красного Адама, которому не удалось встать на ноги. Таким же
      неуклюжим, грубым и примитивным, как тот Адам из глины, был и
      этот Адам из сновидений, созданный ночами мага. Однажды маг
      чуть было не сломал свое творение, но вовремя одумался. (Уж
      лучше бы сломал.) Когда мольбы к земле и водам о ниспослании
      вдохновения остались без ответа, он пал к стопам - кто знает,
      тигра или лошади, - и стал взывать о помощи, не ведая какой. А
      вечером во сне ему явилась статуя. Она была живой и трепетной,
      но не казалась страшным отпрыском коня и тигра, а представилась
      тем и этим огненным созданием вместе, еще - быком, грозой и
      розой. Многообразный бог открыл ему свое земное имя - Огонь;
      сказал, что в этом круглом храме (как и в других таких же)
      поклонялись и приносили жертвы ему, Огню, и что привидевшийся в
      сновидениях призрак волшебным образом им будет оживлен и все,
      за исключением Огня и созидателя-сновидца, станут призрак
      считать обычным человеком. Еще был дан такой наказ: как только
      юноша познает все обряды, пусть отправляется в другой сожженный
      храм, развалины которого лежат там, ниже по течению, и
      прославляет огненное божество в том одиноком месте. И вот во
      сне сновидца призрак пробудился и стал существовать.
      Маг выполнил наказ. Он посвятил немало времени (почти два
      полных года), чтобы открыть ему законы мироздания и научить
      служить Огню. Он юношу уже любил и не хотел с ним расставаться.
      Ссылаясь на пробел в его познаниях, он ежедневно сам стал
      просыпаться позже. И переделал правое плечо, которое кривилось.
      Порой его одолевало чувство, что все это же когда-то было... А
      в общем он переживал счастливые часы. Прикроет веки и мечтает:
      "Теперь всегда я буду с сыном". Или еще того забавнее: "Сын,
      мною порожденный, всечасно ждет меня, а если не приду, он
      перестанет быть".
      И постепенно приучал его к действительному миру. Однажды
      приказал ему поставить флаг на кручах дальних гор. Назавтра
      флаг уж плескал под небом. Он поручал ему и многое другое,
      давая все более смелые приказы. И понял с затаенной болью, что
      сын его готов явиться в мир - наверное, пришла пора. Той ночью
      он поцеловал его впервые и отослал к другому храму, развалины
      которого белели ниже по течению, за темной сельвой и болотом.
      Ранее (с тем чтобы он не знал о своей призрачной природе и
      верил, что он обычный человек) маг побудил его забыть о времени
      учения.
      Победа и покой создателя были окрашены печалью. В вечерние
      часы и на рассвете он падал ниц у каменной фигуры и
      представлял, наверное, себе, как его выдуманный сын совершает
      схожие обряды в другом кругу руин, там, ниже по течению. Ночами
      он не спал - или спал так же, как все люди. Краски и звучанья
      мира воспринимал теперь он много хуже: ушедший сын брал силы у
      него и душу истощал. Цель своей жизни он достиг и жил в
      каком-то радостном забытьи. К концу поры, которую одни
      рассказчики его истории предпочитают исчислять годами, другие
      - пятилетиями, он был разбужен как-то в полночь гребцами,
      прибывшими в лодке. Их лиц не разглядел, но весть от них
      услышал о чудо-человеке, живущем в Северных руинах храма,
      способном пламень попирать ногами, не обжигаясь. Маг сразу
      вспомнил слово бога. Он вспомнил, что из всех земных созданий
      лишь одному Огню известно, что сын его не более как призрак.
      Эта мысль его утешила вначале, но вскоре стала мучить. Маг
      боялся, что сына удивит такая необычная способность и тот в
      конце концов поймет, что он - всего лишь призрак. Не человек,
      а порождение сна неведомого человека... Какое унижение, какая
      жалкая судьба. Ведь каждому отцу милы и любы дети, рожденные
      (допущенные к жизни) им в смятении чувств или в угаре счастья.
      Естественно, что маг боялся за будущее сына, придуманного им
      штрих за штрихом от головы до пят за тысяча одну таинственную
      ночь.
      Внезапно размышлениям его пришел конец - тому
      предшествовало несколько знамений. Вначале (после долгой
      засухи) вдруг всплыло облако над дальними горами, такое легкое,
      как птица; потом и небо с Юга заалело подобно деснам леопарда;
      потом распространился дым, покрывший ржавчиной металл ночей;
      потом - паническое бегство птиц и тварей. И повторилось то,
      что было сотни лет назад. Храм божества Огня огнем в руины
      превращался. Однажды на заре, лишенной птиц, увидел маг, как
      надвигается на стены пламень, круг за кругом. Была минута,
      когда ему хотелось в водах искать спасения, но он раздумал,
      поняв, что смерть явилась увенчать его преклонный возраст,
      освободить от всех забот. И он шагнул в пожар. Но языки огня не
      впились в тело, а облизали ласково, обмыли, не обожгли, и, не
      превратили в пепел. И с облегчением, с болью унижения, с ужасом
      он понял, что он сам тоже только призрак, который видится во
      сне кому-то.

1422

Hello. And Bye.

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Мурманский форум » Обо всём » ·Алкоголь